ЦРУ - БАНДА ФАШИСТСКИХ ПРОВОКАТОРОВ И УБИЙЦ

(Выкладываю замечательную статью Нила Никандрова "Агентура ЦРУ атакует «советские объекты». Из истории холодной войны" - http://www.fondsk.ru/news/2012/11/24/agentura-cru-atakuet-sovetskie-obekty-iz-istorii-holodnoj-vojny.html )

"Победа Красной армии под Сталинградом стала сигналом для стран Латинской Америки. Ведущие государства региона начали устанавливать, а в ряде случаев восстанавливать дипломатические отношения с Россией. Инициатива исходила от латиноамериканцев. Несмотря на сложности военного времени, в 1943-1946 гг. посольства СССР были открыты в Мексике, на Кубе, в Венесуэле, Колумбии, Бразилии, Уругвае, Чили и Аргентине. Президент Рузвельт лояльно относился к появлению на континенте советских представительств. В мае 1943 года И.В. Сталин распустил Коминтерн, демонстрируя союзникам, что в новых исторических условиях эта организация не будет использоваться как канал «экспорта революции».

Однако ещё до Фултонской речи Черчилля, произнесённой 5 марта 1946 года, внешняя политика Соединённых Штатов стала неотвратимо и угрожающе скатываться на рельсы холодной войны с Россией. Постепенно формулы, использовавшиеся пропагандой США для разоблачения тоталитаризма фашистской Германии, начали переноситься на СССР. Его обвиняли в расколе Европы, в возведении «железного занавеса», в вынашивании тайных планов экспансии. Стратегия противодействия Советскому Союзу формулировалась Вашингтоном и Лондоном жёстко: «русские уважают только силу», поэтому найти взаимопонимание с Россией возможно только «на основе военной силы англоязычного содружества». То есть с позиции ультиматумов, гонки вооружений, одностороннего обладания атомным оружием как главного аргумента для «обуздания» Москвы. «Информационные утечки» подтверждали: планы атомных бомбардировок целей в России существуют. Десятки городов подлежали уничтожению по примеру Хиросимы и Нагасаки.

В Москве понимали, что конфронтационная политика президента Гарри Трумэна направлена на ограничение советского присутствия в различных районах мира, и прежде всего - в Западном полушарии. Стремясь избавиться от «советских наблюдателей» в Латинской Америке, США развернули такую мощную пропагандистскую кампанию «по разоблачению подрывной деятельности Советов» на континенте, что она превзошла всё то, что делалось в сфере пропаганды в годы борьбы с гитлеровской Германией. Страны к югу от Рио-Гранде - «задний двор Соединённых Штатов» - должны были быть полностью очищены от советских посольств, торговых представительств и культурных центров! На решение этой задачи направили американских дипломатов, сотрудников ФБР, которые занимались разведработой в Латинской Америке в годы войны, и созданного в 1947 году ЦРУ.

Советское посольство в Сантьяго-де-Чили было обстреляно ранним утром 10 октября 1947 г. Огонь вёлся из автомашины по окнам 2-го этажа. В стенах обнаружили одиннадцать пуль от автомата «Томпсон». Несколько пробоин получил герб Советского Союза над главным входом. Правая проамериканская пресса злорадствовала: «Это реакция на попытки превращения Чили в подрывной форпост СССР на континенте». Через неделю, на открытии традиционной сельскохозяйственной выставки, группа латифундистов устроила манифестацию под лозунгами «Нет коммунизму», «Долой посла Жукова», «Долой Россию». Советские представители были вынуждены покинуть выставку в сопровождении директора протокола МИД Чили и полиции. В Москву отправили телеграмму о ситуации вокруг посольства: «Всё активнее циркулируют слухи о намерении правительства Габриэля Виделы в ближайшем будущем порвать дипломатические отношения с Советским Союзом». Вскоре посол Жуков был вызван в МИД Чили и ему вручили соответствующую ноту. Дипломатам дали трое суток для свёртывания дел. Советское посольство в этой стране просуществовало 1 год 5 месяцев и 25 дней.

Через день, 11 октября, была обстреляна квартира 3-го секретаря посольства СССР в Мексике Ивана Кумарьяна. Сам он находился в командировке, и свидетелями покушения стали его жена и двое детей. Они вовремя спустились на первый этаж, в столовую, а обстрел вёлся по окну спальни. Жена дипломата успела увидеть, как вдоль ограды пробежали двое мужчин с револьверами в руках. В декабре, 17-го числа, атака повторилась. Кумарьян с женой находился в это время на дипломатическом приёме, дети были дома. Пришлось спешно переезжать в посольство. Посол Александр Капустин получил из Москвы указание сделать «устное представление» МИД Мексики и потребовать расследования инцидентов. Послу было рекомендовано договориться с мексиканцами о том, чтобы информация об обстрелах не стала достоянием прессы: Москва не хотела лишней пропагандистской шумихи, хорошо понимая, кто её добивается. Представитель Управления секретной полиции, который занимался расследованием «ЧП», поделился соображениями с Кумарьяном: «В этом деле просматриваются политические мотивы. Если бы хотели убить вас, то подстерегли бы, когда вы возвращаетесь со службы домой, и стреляли бы прямо в вас, а не в окна. Эти люди хотели вызвать скандал, и это были, как я подозреваю, не мексиканцы». На вопрос, кого он подозревает, следователь ответил по-английски: «I don’t know».

Советскую миссию в Гаване обстреляли 20 апреля 1948 года. Из проезжавшей автомашины по зданию было произведено не менее десятка выстрелов. Две пули попали в квартиру посланника, одна – в стену приёмного зала. Пострадавших не было: сотрудники были на политинформации. Начальник полицейского участка появился в миссии через полчаса после обстрела. Он заявил, что будет проводить расследование, но быстрых результатов не обещал. По сведениям, полученным от друзей миссии в полиции, нападение было организовано «Союзом ветеранов 2-й мировой войны», который находился «на содержании» посольства США. Новые провокации против миссии были отмечены 16 и 21 августа. Способ всё тот же: обстрел из автомашины. Метили, главным образом, в окна. Как выяснилось, августовские атаки организовала Антикоммунистическая лига, созданная бывшим заместителем начальника полиции Кубы Диасом Версоном. За несколько дней до обстрелов он встречался с представителем американской разведки на острове Макнамарой. Последняя провокация против миссии была осуществлена 10 апреля 1951 года. На балкон главного корпуса с улицы забросили бомбу, которая не сработала из-за бикфордова шнура плохого качества. Полицейские разрядили «адскую машину». В этой атаке подозревали боевиков белого эмигранта Андрея Головченко, который ещё в 1947 году был объявлен главой «Русского правительства в изгнании». Объявлен по инициативе «Общества друзей США».

Диктатор Ф. Батиста, захвативший власть в результате государственного переворота в ночь с 9 на 10 марта 1952 года, сразу заявил, что приложит все усилия для «подавления коммунистического проникновения» на Кубу. 21 марта агенты полиции устроили провокацию в аэропорту, пытаясь задержать двух советских дипкурьеров и, вопреки нормам международного права, провести досмотр их багажа. Советские курьеры воспротивились этому и вернулись в Мексику. Дипломатическая почта в миссию не поступила, а её деятельность была фактически заблокирована. Правительство Батисты так и не дало объяснений причин грубого обращения с советскими курьерами. 2 апреля представитель советской миссии в Гаване вручила министру иностранных дел Кубы ноту о разрыве дипломатических отношений. В интервью американским журналистам Батиста сказал: «Я порвал отношения с Россией, как вы – в США - того хотели».

Провокации, организованные сотрудниками ЦРУ через агентуру в полицейских органах, привели в конечном счёте к разрыву отношений с Советским Союзом Бразилии (1947), Колумбии (1948) и Венесуэлы (1952). Давлению Вашингтона смогли противостоять Мексика, Уругвай и Аргентина. Первые две страны уже разрывали отношения с Советской Россией соответственно в 1930 и 1934 гг. Вновь прибегать к столь радикальному методу прекращения отношений было бы явным перебором. В Аргентине посол США неоднократно пытался уговорить Хуана Перона «избавиться от советского представительства». Президент покончил с этими попытками просто: публично предложил американцам первыми показать пример и закрыть посольство СССР в Вашингтоне. Часто цитируют и такие слова Перона: «Мы ни для кого не будем таскать каштаны из огня».

Известный специалист по российско-латиноамериканским отношениям Александр Сизоненко справедливо отметил, что «в условиях холодной войны и попыток западных держав изолировать и ослабить СССР советское руководство искало возможности для выправления ситуации, улучшения своих отношений с теми или иными странами». Во многом знаковой стала встреча И.Сталина с послом Аргентины Л.Браво 7 февраля 1953 года. А.Сизоненко верно интерпретировал позицию советского лидера: «Сталин искал возможности не только расширить и активизировать отношения с самой Аргентиной, президент которой Х. Перон нередко выступал тогда с критикой американского курса, но и попытаться разорвать через эту страну цепи «холодной войны», по крайней мере, в Латинской Америке». (1)

Вопреки проводившимся спецоперациям ФБР и ЦРУ на континенте - добавлю я от себя. Не следует думать, что США в новых исторических условиях, победив в холодной войне, благожелательно относятся к росту активности на Латиноамериканском континенте российской дипломатии и российских предпринимателей. Спецслужбы США держат под неусыпным контролем все аспекты этой активности. И если потребуется, они используют свой богатейший опыт провокаций, саботажа и пропагандистских манипуляций для компрометации заявленного несколько лет назад «возвращения России в Латинскую Америку»…

------------

(1) https://sites.google.com/site/latinoamerikanistika/arhiv-nomerov/2007-2/a-i-sizonenko-otnosenia-sssr-so-stranami-latinskoj-ameriki-v-1941---1945-godah "

Россия – Венесуэла – Белоруссия на латиноамериканской сцене

(Выкладываю очередную замечательную статью Нила Никандрова, опубликованную сайтом «Фонда Стратегической Культуры» - http://www.fondsk.ru/news/2012/06/29/rossia-venesuela-belorussija-na-latinoamerikanskoj-scene.html )

Нил Никандров

«Парадоксально, но факт: нынешняя Россия, которая во внутренней и внешней политике придерживается либерального курса, не имеет в Латинской Америке более надёжного партнёра, чем Венесуэла с её перманентной (мирной!) революцией. Президент Уго Чавес, называющий капитализм «исторически обречённым строем» и провозглашающий целью построение общества социальной справедливости, в отчётах МИД РФ проходит как политик, более всего способствующий укреплению российских позиций на латиноамериканском континенте.

Казалось бы, на подобное первенство должен претендовать кто-нибудь из либеральных президентов Латинской Америки. Выбор есть: Россия поддерживает нормальные дипломатические отношения со всеми странами региона, в том числе такими бастионами неолиберализма, как Мексика, Колумбия, Панама, Коста-Рика и особенно Чили. Ведь именно чилийские реформы - приватизация, внедрение частных пенсионных фондов, демонтаж социальных обязательств государства и т.д. - с ученической старательностью копировались в России. Тем не менее такой настойчивости и последовательности, которую проявила Боливарианская республика Венесуэла в деле развития сотрудничества с Москвой, не продемонстрировала ни одна из «либерально ориентированных» стран Латинской Америки.

Чем объясняется пассивность латиноамериканских лидеров либерализма на российском направлении? Прежде всего - «коротким поводком» Вашингтона. Администрация Барака Обамы, не слишком маскируясь, делает всё возможное для ограничения «российского проникновения» в регион. Россия в качестве полноправного партнёра латиноамериканских стран не устраивает Вашингтон: считается, что Россия в любом обличии - и коммунистическом, и либеральном – опасна и непредсказуема, чем меньше будет она присутствовать в Западном полушарии, тем лучше.

«Русские секции» в посольствах США (назовем их так) в Латинской Америке функционируют на полных оборотах. Помимо тотальной слежки за российским персоналом официальных представительств, коммерческих структур, отдельно взятыми бизнесменами и даже теми, кто выбрал конкретную страну Латинской Америки для постоянного места жительства (эти люди предвзято рассматриваются как «элементы, не внушающие доверия»), «русские секции» инициируют пропагандистские кампании для компрометации связей России с Латинской Америкой. В правоконсервативных СМИ латиноамериканских стран негативный «образ России» традиционно выстраивается по методикам североамериканских лабораторий психологической войны. Россия - это авторитарное государство, власть в котором захвачена бюрократией и преступными группировками. Товары из России проигрывают западной продукции по всем параметрам. Бизнес-проекты с российскими государственными и частными компаниями ненадёжны из-за используемых ими коррупционных и мошеннических схем. Отдельные случаи ареста граждан России раздуваются до невероятных размеров, причём спецслужбы США нередко прибегают к провокациям и фабрикации «доказательств» через свою агентуру. Фальшивки о «русской мафии» повторяются регулярно и в информационном поле подавляют то здоровое и перспективное, что присутствует в сфере российско-латиноамериканских энергетических, торгово-экономических, военных, финансовых, культурных отношений. Неолиберальным президентам, подотчётным Вашингтону, хорошо известна категорическая установка Вашингтона: реализация каких-либо прорывных инициатив в отношениях с Россией всегда «несвоевременна», потенциально наказуема и, как показывает практика, чревата санкциями со стороны бдительно надзирающего «старшего партнёра». Поэтому сотрудничество с Россией ограничивают, особенно в таких критических сферах, как топливно-энергетическая и военно-техническая. Если сделки с российскими компаниями всё-таки заключаются, то почти всегда с одобрения Вашингтона, с учётом его интересов. Например, приобретение вертолётов в России для борьбы с наркокартелями или партизанскими группировками в труднодоступных районах Центральной и Южной Америки. Империя ведёт столько войн в различных районах мира, что её военно-промышленный комплекс не в состоянии переварить все заказы на военную технику.

С таких же враждебных позиций Соединённые Штаты действуют на континенте против Белоруссии. Проводится эта работа под лозунгом борьбы с Александром Лукашенко, именуемого «последним диктатором Европы». А реально это выглядит как превентивная операция по недопущению в Западное полушарие политика, который позиционирует себя как сторонник социалистического пути развития и последовательный оппонент имперской политики США. На попытки Запада изолировать непокорную восточнославянскую страну на международной арене А.Лукашенко ответил диверсификацией межгосударственных связей Белоруссии. С 2006 года, после визита Чавеса в Минск, белорусский лидер взял курс на сближение с Венесуэлой и через неё - со странами Боливарианского альянса народов Латинской Америки (ALBA). Белоруссия успешно реализует в Венесуэле продукцию энергетической, нефтехимической, машиностроительной, продовольственной и других отраслей. Президент Лукашенко не скрывает, что рассматривает эту страну как «распахнутые ворота в Латинскую Америку».

В настоящее время Белоруссия и Венесуэла осуществляют не менее 85 совместных проектов в области энергетики, сельского хозяйства, промышленности, возведения жилых домов. Среди успешных и по-настоящему рентабельных проектов можно назвать строительство заводов по сборке грузовых автомашин "МАЗ" (5 тыс. в год) и тракторов "МТЗ" (10 тыс. в год). Этой техникой будут обеспечиваться потребности не только Венесуэлы, но и других стран Латинской Америки. В ходе последнего визита Александра Лукашенко к Уго Чавесу было подписано несколько соглашений коммерческого характера. В Венесуэле появятся новые инфраструктурные объекты, возведенные белорусами, в частности ТЭЦ мощностью 600 МВт в индустриальной зоне Санта-Инес в штате Баринас, на родине Чавеса. Подписан также меморандум о намерениях по строительству 200-километрового газопровода между городами Баркисимето и Баринас. Хорошие перспективы у проекта по изготовлению NPK-удобрений, коммерциализация которых планируется во всех странах региона.

Руководство Венесуэлы не ошиблось в выборе стратегических партнёров в условиях постоянных покушений США на суверенитет страны. Среди этих партнёров «славянскому дуэту» - России и Белоруссии – принадлежат ключевые позиции. Динамичное развитие отношений с Россией в сфере военно-технического сотрудничества обеспечивает Венесуэле высокий уровень обороноспособности в воздухе, на море и на суше. Никогда ещё в своей истории Венесуэла не обладала таким совершенным вооружением для защиты своей территории.

Здесь стоит напомнить о продаже Венесуэле самолетов F-16. Сделку санкционировал Рональд Рейган в годы холодной войны. Мотивировка была характерной: для защиты нефтяных месторождений Венесуэлы от «внезапного советского нападения» с территории Кубы. После прихода Чавеса к власти Пентагон отказался выполнять договорные обязательства по поддержанию боеспособности F-16: ни профилактического ремонта, ни запчастей, ни переподготовки пилотов. Саботировались другие соглашения по линии ВТС. Следствием всего этого стал отказ Чавеса от каких-либо контактов с Пентагоном. Разумеется, этот и другие примеры «отлучения» неугодных правительств от поставок американских вооружений не раз заставляли латиноамериканских политиков и военных задумываться о целесообразности развития ВТС с Соединёнными Штатами. Сейчас перед таким выбором стоит Бразилия: подписывать ли контракт стоимостью в 5 млрд. долларов на приобретение самолетов Super Hornet или всё-таки предпочесть Dassault Rafale французского производства. Негативный опыт Венесуэлы предостерегает!

В Венесуэле начинается избирательная кампания по выборам президента, которые состоятся 7 октября с.г. Тему выборов затронул во время пресс-конференции в Каракасе Александр Лукашенко, заявивший, что не сомневается в победе своего друга и соратника Уго Чавеса: «Мы вновь встретимся через несколько лет, будем обсуждать новые проекты, несмотря на злобствования наших недругов, и никому на этом пути нас не остановить».

Во время июньской с.г. телефонной беседы президентов Владимира Путина и Уго Чавеса (по инициативе венесуэльца) тема выборов в Венесуэле тоже затрагивалась. Президент России выразил удовлетворение тем, что избирательный процесс развивается нормально, пожелал венесуэльскому лидеру полного выздоровления и заметил, что во время последних публичных появлений Чавес выглядит заметно окрепшим физически. В информационном сообщении о беседе было подчёркнуто, что президенты договорились о проведении в ближайшем будущем личной встречи. Тем для обсуждения у В.Путина и У.Чавеса будет много, включая обсуждение стратегии совместных действий по поддержанию стабильных цен на нефть.

Стратегия взаимоуважения и взаимопомощи, устоявшаяся в отношениях России, Венесуэлы и Белоруссии, имеет все преимущества, чтобы возобладать в Латинской Америке над стратегией вражды, над политикой «разделяй и властвуй», культивируемой Соединёнными Штатами.»

"План Б" по свержению президента Уго Чавеса в действии

Нил Никандров

(Cтатья, опубликованная сайтом «Фонд Стратегической Культуры» -http://www.fondsk.ru/news/2012/05/29/plan-b-po-sverzheniju-prezidenta-ugo-chavesa-v-dejstvii.html )

«Первоначальный оптимизм венесуэльской оппозиции в связи с избранием Энрике Каприлеса единым кандидатом в президенты сменился разочарованием. Он оказался не в состоянии поднять рейтинг популярности у электората даже на фоне частых отлучек Уго Чавеса на Кубу для лечения ракового заболевания. По майским опросам, Каприлес стабильно отстаёт от конкурента на 28-30 % голосов. При таком раскладе Чавес без каких-либо сложностей победит на выборах 7 октября с.г. Иностранные советники, которые определяют стратегию и тактику кампании, рекомендовали Каприлесу беспощадно критиковать Чавеса, не слишком заботясь об аргументации. Самое главное - вызывать негативные эмоции в отношении «авторитарного правителя», который ведёт страну к коммунистической диктатуре кубинского или северокорейского образца.

Рекомендации не помогли. На выпады Каприлеса в адрес Чавеса массовый избиратель не откликнулся. Утверждения типа «за 14 лет страна ничего не добилась» - выглядят беззубыми, примитивными и далёкими от действительности. При этом сам Каприлес настолько уязвим по личным, отнюдь не выдающимся, качествам и настолько ненадёжен политически (он ультраправый, но подаёт себя как левоцентриста), что не может решиться на полномасштабную публичную конфронтацию с Чавесом. Обречённость Каприлеса как соперника Чавеса вынуждает его покровителей и кураторов из США, Израиля и Испании отказываться от схем традиционной «демократической конкуренции», делать ставку на «План Б» - силовой вариант смены власти в Венесуэле. В апреле 2002 года он не сработал, народ вернул Чавеса в президентский дворец Мирафлорес. Сейчас, десять лет спустя, в модернизированном виде «План Б» может быть применён с большей гарантией на успех. Империя огнём и мечом насаждает «новый порядок» без реального сопротивления мирового сообщества и международных организаций. Почему бы не повторить этот успешный опыт в Латинской Америке, «демократизируя» Венесуэлу?

Если в 2002 году ставка делалась на использование массовых оппозиционных манифестаций и провокации со снайперским огнём по демонстрантам, то в 2012 году особые надежды возлагаются на «колумбийскую составляющую» заговора. Каприлес и его советники зачастили в Колумбию, обсуждая план кампании не только с «президентом на час» Педро Кармоной (возглавлявшим переворот 2002 года) и бывшими венесуэльскими офицерами, которые скрываются от боливарианских властей, но прежде всего с ультраправыми политиками и отставными колумбийскими генералами.

Среди партнёров Каприлеса в Колумбии выделяется экс-президент Альваро Урибе, который по заданию наставников из Вашингтона все восемь лет нахождения на президентском посту вёл против Чавеса подрывную работу, создавая условия для изоляции «боливарианского режима» в Западном полушарии. Президентские выборы в Венесуэле предоставили Урибе новую возможность услужить вашингтонским покровителям, создать условия для прямого вмешательства США и свержения Чавеса.

Отрабатывать вашингтонский хлеб Урибе вынужден и потому, что в самой Колумбии его личное положение весьма шатко. Его бывшим соратникам вменяется широкий спектр преступлений: убийства ни в чём не повинных людей, которых выдавали за партизан с целью получения денежных премий; организация террора против профсоюзных, студенческих, индейских и религиозных деятелей; осуществление незаконного электронного контроля над членами парламента и политпартий; проведение «ликвидаций» за рубежом и т.д. Многие сподвижники Урибе, в том числе из тайной полиции (DAS), дают показания на экс-президента, что чревато в обозримом будущем судебным преследованием. «Нелояльное поведение» Хуана Мануэля Сантоса, нового президента Колумбии, отставные и действующие «урибисты» считают предательством. Слухи о готовящемся перевороте всё упорнее циркулируют в коридорах власти. «Урибисты» намерены положить конец тому конструктивному диалогу, который Сантос сумел наладить с Чавесом к нескрываемому недовольству администрации Обамы.

Мало кто из политологов предсказывал разрядку отношений между Боготой и Каракасом после победы Сантоса. Он всегда выступал в роли «ястреба», послушного исполнителя приказов из Вашингтона. Будучи министром обороны Колумбии, Сантос обвинял Чавеса в «поддержке» партизан, не колебался в выборе методов и средств, чтобы нанести поражение партизанским группировкам (FARC и ELN). Международный резонанс получила, в частности, атака колумбийского спецназа и ВВС США на партизанскую базу в приграничной зоне Эквадора. Полную ответственность за проведённую операцию взял на себя Сантос. До сих пор много неясного по делу группы из 120 колумбийских «парамилитарес», ультраправых боевиков, которые были переброшены в окрестности Каракаса, в имение «Daktari», для нападения на президентский дворец Мирафлорес и убийства Чавеса. Кто из высшего руководства Колумбии имел отношение к подготовке этой авантюры?

Стратегическими планами Пентагона предусматривается несколько вариантов «кризисного развития событий» в колумбийско-венесуэльских отношениях. Практически все они исходят из конфликтной ситуации, когда правительство Колумбии «будет вынуждено» отреагировать на вылазку партизан с территории Венесуэлы, используя армейские подразделения и авиацию для подавления партизанских баз. В период президентства Альваро Урибе угроза военного столкновения была перманентной, что вынуждало венесуэльскую сторону укреплять обороноспособность, приобретать современное оружие, тратить значительные бюджетные средства на усиление гарнизонов в приграничных с Колумбией штатах. Пентагон подпитывал недоверие колумбийских политиков и военных «достоверной разведывательной информацией» о базах FARC в Венесуэле. Перепроверка этих данных in situ, в том числе с привлечением журналистов, показывала, что колумбийцам вручались фальшивки. Урибе спровоцировал фактический разрыв дипломатических отношений между двумя странами, рассчитывая, возможно, что это поможет ему «пробить» вопреки конституционным ограничениям третий президентский срок. Не удалось.

Теперь его люди в государственных и военных структурах, СМИ, предпринимательских кругах и т.д. распространяют тезис о том, что Сантос оказался «слабым политиком» и не в состоянии «эффективно противостоять» Чавесу. Этой слабостью якобы воспользовались партизанские командиры, восстанавливая боеспособность своих отрядов и сеть оперативной поддержки за рубежом. Урибе пытается доказать, что даже в положении пенсионера FARC считает его более опасным противником, чем Сантоса. В Буэнос-Айресе, в помещении, в котором собирался выступать Урибе, агенты полиции обнаружили взрывное устройство. Экс-президент мужественно заявил: «Бандитам меня не запугать». Впрочем, эксперты вскоре определили, что то была не взрывчатка, а «шумовой артефакт», не представляющий угрозы. В левых СМИ история с «бомбой» подавалась как пиар-акция самого Урибе и как попытка его пособников обвинить аргентинских сторонников FARC в терроризме.

За последние недели «прогремели» ещё два события, которые должны были подтвердить активизацию FARC в Колумбии. Покушение на экс-министра внутренних дел (в правительстве Урибе) Фернандо Лондоньо было осуществлено в демонстративно дерзкой манере. Бронированная автомашина Лондоньо затормозила у светофора. Тут же к ней приблизился молодой человек лет 18-20, прикрепил бомбу (с магнитным держателем) и побежал к мотоциклисту, поджидавшему его в отдалении. Взрыв раздался почти мгновенно и превратил автомашину в кучу обломков. Водитель и телохранитель погибли, Лондоньо повезло, он отделался лёгкими ранениями. Министр обороны Пинсон заявил, что по технике исполнения это покушение похоже на те, которые осуществлялись в «других регионах мира, в Азии или странах Ближнего Востока». Личность одного из покушавшихся, как сообщают СМИ, была установлена по «потерянному мобильнику», им оказался бывший («раскаявшийся») член FARC. Его арестовали. Президент Сантос заявил, что не понимает причин покушения на экс-министра. В Колумбии и Венесуэле многие посчитали, что атака на Лондоньо была организована «урибистами», чтобы дестабилизировать обстановку в стране и свалить всё на FARC и Сантоса. Не исключается, что ультраправые намеревались использовать этот террористический акт для того, чтобы не допустить принятия закона о юридических рамках мирного урегулирования в Колумбии. Установлено, что «бомбист» работал на ультраправых заговорщиков, а не на FARC, и уцелел чудом. Организаторы теракта «запланировали» его смерть при взрыве.

Второй эпизод - гибель 12 солдат в результате атаки отряда FARC в приграничной зоне Махайюре – едва не послужил предлогом для возобновления враждебной кампании против боливарианского режима: «Партизаны нанесли удары из засады и скрылись в Венесуэле, чтобы дожидаться подходящего момента для следующей вылазки; венесуэльские военные ничего не делают для нейтрализации FARC!» Тем не менее 10 колумбийцев было венесуэльцами задержано. В случае подтверждения их принадлежности к 59-му фронту FARC, их передадут колумбийским властям, как это неоднократно случалось в прошлом. Чавес не раз предупреждал, что не допустит использования территории Венесуэлы незаконными военными формированиями, и эту линию проводит чётко.

За последние годы в Венесуэле в качестве беженцев от внутренней войны укрылось не менее 4 миллионов колумбийцев. Среди них и те, кто, имея боевой опыт в армии или отрядах «самообороны», направлены в страну спецслужбами США и Колумбии «на оседание». Эти люди хорошо знают, какую работу им придётся выполнять. Радикализация избирательной кампании в Венесуэле – только вопрос времени. «Пятая колонна» в стране действует активно, раскачивают ситуацию «неправительственные организации», ведут повседневную подрывную работу проамериканские СМИ. На этом фоне едва ли не ежедневно сообщается об «авариях» на нефтяных комплексах, железных дорогах, катастрофах с самолётами (гражданскими и военными) и т.д.

Слово «саботаж» впервые прозвучало из уст министра электроэнергии Эктора Наварро. «Существуют доказательства, - сказал он, - что повреждение электрических систем в стране осуществляется намеренно. Отсюда – отключения и перебои с подачей электричества. Это не заурядное воровство оборудования или проводов. Это системная работа по причинению ущерба. Были зафиксированы в одно и то же время пожары на нескольких подстанциях в различных частях страны. Это не может быть просто совпадением. Расследование этих ЧП ведётся Генеральной прокуратурой и Боливарианской службой разведки (Sebin)».

Акции саботажа – это первый сигнал о том, что решение о «Плане Б» Вашингтоном принято. Как здесь не вспомнить о разоблачении агентами Sebin резидентуры колумбийской разведки, которая, используя специальный вопросник ЦРУ, вела сбор информации об энергетических объектах в Венесуэле.»

"ОТКРЫТОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО" - ИНСТРУМЕНТ ПОДРЫВНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИМПЕРИРИАЛИЗМА США

1. «Открытое правительство» made in USA и Латинская Америка

Нил НИКАНДРОВ

(Статья, опубликованная сайтом «Фонд Стратегической Культуры» - http://www.fondsk.ru/news/2012/04/14/otkrytoe-pravitelstvo-made-in-usa-i-latinskaja-amerika.html )

17-18 апреля в столице Бразилии должна пройти конференция представителей Партнёрства «Открытое правительство» (ПОП) из 52 стран. Требуется продемонстрировать, что проект «Партнёрства», разработанный в США, успешно развивается, приобрёл сторонников на всех континентах и на практике становится эффективным инструментом взаимодействия правительств и гражданского общества.

В Латинской Америке давно уже с недоверием относятся к инициативам США. Сколько их было, внешне взаимовыгодных, и все они оборачивались диктатом, навязыванием своих правил игры и насаждением марионеточных правительств. Проект Партнёрства «Открытое правительство» был разработан по поручению Совета национальной безопасности США. Хиллари Клинтон сообщила о нём в июле 2011 года, а в сентябре того же года он был представлен на Генеральной Ассамблее ООН президентом Обамой. Проект предусматривает принятие «конкретных обязательств» со стороны правительств по приданию прозрачности своей деятельности, наделению граждан контрольными и иными полномочиями «для улучшения» управления государством. Всё это, разумеется, - для укрепления демократии, обеспечения прав человека и победы над коррупцией.

Участие Бразилии в «Партнёрстве», пропагандируемом Вашингтоном как совместная «Американо-бразильская инициатива», ряд правительств стран Латинской Америки восприняли как «зелёный свет» на пути своего вступления в ПОП. Причина понятна. Если президент Дилма Руссефф сотрудничает с администрацией Обамы в реализации «Партнёрства», то оснований для беспокойства нет: Бразилия никогда не пойдёт на невыгодные для неё компромиссы с Соединёнными Штатами. Среди стран, привлечённых Вашингтоном к запуску инициативы (Индонезия, Норвегия, Филиппины, Южная Африка, Великобритания), есть ещё одна латиноамериканская страна – Мексика. Однако сегодня авторитет её на континенте не просто мал, он, образно говоря, ниже плинтуса. Слишком велика политическая, финансово-экономическая и военная зависимость Мексики от США. О Мексике всё чаще говорят как об оккупированном государстве. Именно по этой причине инициатива не стала «американо-мексиканской». Вашингтону пришлось договариваться с Бразилией, не без надежды, что она сможет в будущем «повлиять» на страны ALBA (Боливарианского альянса народов Латинской Америки) и побудить их к вступлению в «Партнёрство». Сейчас, помимо упомянутых стран, в ПОП участвуют Гондурас, Гватемала, Сальвадор, Панама, Колумбия, Коста-Рика, Чили, Уругвай, Доминиканская республика и Парагвай.

Отрицательное отношение стран ALBA к идее «открытого правительства» объясняется просто: многие персонажи «гражданского общества» и «неправительственные организации» Венесуэлы, Эквадора, Боливии и Никарагуа используются спецслужбами США для подрывной деятельности. Возможность ведения с ними продуктивного диалога практически равна нулю. Достаточно посмотреть, кто из авторитетов «гражданского общества» и представителей НПО занимается подготовкой конференции в Бразилиа, чтобы понять, насколько оправданы опасения руководителей государств-членов ALBA.

Опубликован список представителей «гражданского общества» из Латинской Америки, участие которых в апрельском мероприятии в Бразилиа будет полностью оплачено. В их число входят: от Бразилии – Паула Лихия Мартинс (НПО - Artículo 19), Даниэла Б. Силва, Педро Маркин (НПО - Transparencia Hacker), Карина Коста (Programa Leyes y Medio Ambiente PDMA); от Гондураса – Карлос Эрнандес (Asociación por una Sociedad Civil Más Justa); от Колумбии – Элизабет Унгар (Transparencia); от Мексики – Эдуардо Бооркес (Transparencia); от Перу – Самуэль Ротта (Proética); от Чили – Хосе Мануэль де Феррари (Participa); от Уругвая – Эдисон Ланса (CAInfo). Всё это - с точки зрения организаторов из Вашингтона – народ надёжный, проверенный на конкретных акциях и проамериканских инициативах. Неприятных сюрпризов они не преподнесут, будут действовать строго по указаниям.

Известно о контактах некоторых из этих активистов с американскими кураторами. Трудно представить их в качестве «партнёров» правительств стран ALBA. Доверия им в деликатных вопросах государственного управления, информационной открытости, внедрения правил, норм и механизмов подотчётности, мобилизации граждан для участия в общественном обсуждении назревших проблем нет изначально.

Следуя нормам, разработанным Советом национальной безопасности США, правительства, подписавшие ПОП, будут ежегодно отчитываться и подвергаться процедуре внешнего контроля, осуществляемой «независимыми авторитетными экспертами и консультантами». Назначения их, без всякого сомнения, будут жёстко контролироваться вашингтонскими изобретателями ПОП, а выводы - определяться политическими требованиями момента. Достаточно проанализировать годовые обзоры Госдепартамента по проблематике борьбы с наркотиками в Западном полушарии, защиты прав человека, свободы слова, торговли «живым товаром», чтобы предсказать, какими именно будут заключения «экспертов и консультантов» в отношении тех стран на континенте, которые идут не в ногу с инициативами США.

В марте 2012 года региональная конференция по проблеме «Открытого правительства» прошла в Мехико. Уполномоченная президента Мексики Жаклин Песчард предложила, чтобы страны Западного полушария совместно разработали программу по развитию «транспарентности». Песчард привела в пример Европу, страны которой коллективно готовятся к форуму в Бразилии. Её поддержали посол США в Мексике Энтони Вэйн, представители ОАГ и другие тщательно подобранные лица, единодушно восхвалявшие своевременность идеи «Открытого правительства».

Большую закулисную работу по раскрутке проекта в Латинской Америке осуществляет аргентинка Карина Банфи, исполнительный секретарь Регионального альянса за свободу слова и доступа к информации. По профессии она адвокат, привлекалась к работе в ОАГ в качестве консультанта Фонда «Trust for the Americas». Была допущена к работе с рассекреченными документами Госдепартамента периода военной диктатуры в Аргентине. В Вашингтоне и Тель-Авиве позитивно оценили роль Банфи в расследовании нарушений, которые были допущены аргентинскими органами в ходе затяжного расследования террористического акта в AMIA (Еврейском благотворительном обществе) в Буэнос-Айресе в 1994 году. Сейчас Банфи живёт в Вашингтоне, полностью посвятив себя реализации ПОП. Она на вершине личного успеха, энергична, находчива, всегда в центре внимания СМИ.

Следует отметить, что к проекту «Открытого правительства» не привлекаются правозащитники и журналисты, отстаивающие независимую, отличную от госдеповской, точку зрения на гласность, характер взаимоотношений государства и гражданского общества, борьбу с коррупцией и прочие ключевые аспекты вашингтонской инициативы.

В самом деле, почему бы не привлечь к реализации ПОП, например, Пьедад Кордобу, бывшего сенатора, руководителя движения “Колумбийцы за мир”, много сделавшей для освобождения заложников повстанческой группировки FARC? Или Эву Голинджер, которая с риском для жизни борется за свободу слова и объективное освещение событий на континенте? Однако в том-то и дело, что Кордоба, Голинджер и сотни других общественно-политических деятелей не подходят для реализации ПОП, не вписываются в заготовленный сценарий, поскольку не поддаются манипуляциям.

Многие в Латинской Америке расценивают проект «открытого правительства» как диверсионную операцию - внедрение отобранных Вашингтоном «экспертов» НПО в структуры управления других государств и формирование в их недрах «параллельной» власти. Эти люди будут – уже на «законной основе» - влиять на процесс принятия решений, корректировать правительственный курс, лоббировать кадровые назначения. Конечным итогом подчинения страны требованиям «открытого правительства» должен стать «перехват» функций национального государства с передачей их «глобальному» управляющему центру

2. Вирус «Сорос» в программе «Открытое правительство»

Александр САВЧЕНКО

(Статья, опубликованная сайтом «Фонд Стратегической Культуры» - http://www.fondsk.ru/news/2012/04/13/virus-soros-v-programme-otkrytoe-pravitelstvo.html )

17 апреля 2012 года в столице Бразилии откроется первая ежегодная конференция Партнерства «Открытое правительство» (ПОП), международной организации, декларацию о создании которой в сентябре прошлого года подписали в Нью-Йорке представители США, Великобритании, Канады, Норвегии, Бразилии, Мексики, Индонезии, Филиппин и ЮАР.

За прошедшие полгода к Партнерству присоединилось еще более 40 государств, и теперь подготовительный комитет конференции ожидает прибытия 400 делегатов: чиновников высокого уровня из 53 стран, посланцев сотни общественных организаций, а также представителей частного бизнеса, который имеет в «Открытом правительстве» свой интерес.

В ходе конференции страны, желающие стать членами Партнерства, представят свои национальные программы, в которых должны быть отражены четыре основные цели, включенные в Декларацию соучредителей ПОП: «увеличить доступность информации о правительственной деятельности», «поддерживать общественное участие», «применять в управлении самые высшие стандарты профессиональной честности» и «увеличить доступность к новым технологиям ради открытости и подотчетности» [1].

Формально, создание ПОП - это совместная инициатива США и Бразилии, а по сути - американская идея, которую Вашингтон начал навязывать мировому сообществу. То, с какой прытью к Партнерству поспешили присоединиться Армения, Азербайджан, Грузия и Украина, а также с каким упорством и Россию толкают в эту сторону, вызывает естественные вопросы. Неужели для того, чтобы дать возможность своим гражданам знать, на что и как расходуются собираемые с народа налоги, надо обязательно вступать в международную организацию? А самим «применять в управлении высшие стандарты профессиональной честности» у Киева, Тбилиси или Баку без команды из Вашингтона, что, никак не получится?

Увы, но демократия во все времена и у всех народов сопровождалась коррупцией, клановостью и прочими «недостатками». Естественно, что с появлением Интернета люди стали требовать от правителей выкладывать в сеть информацию об их работе «на благо общества», потому что честность чиновников и их подотчетность народу – проблема вечная. Однако если Белый дом решил проникнуться ею на международном уровне именно сейчас, то для этого должны быть причины. И они есть. По крайней мере, две.

Стоит напомнить, что Барак Обама был избран президентом США на волне критики предыдущих администраций Белого дома. Американцы обвиняли семейство Бушей и их окружение в некомпетентности, коррумпированности и в развязывании войн ради того, чтобы правящая верхушка набила свои карманы, присвоив природные богатства других народов и нажившись на заказах для военно-промышленного комплекса.

Правильно уловив общественные настроения, президент-демократ в первый же день после инаугурации подписал «Меморандум главам департаментов и агентств исполнительной власти о прозрачности и открытости правительства» [2], в котором заявил, что его Администрация привержена идее «создания беспрецедентного уровня открытости… чтобы оправдать доверие общества и установить систему прозрачности, общественного участия и сотрудничества». Спустя два месяца Обама ввел в систему исполнительной власти США новую должность Главного должностного лица по технологиям (Сhief Technology Officer), в чьи обязанности с тех пор входит «внедрение технологических инноваций, помогающих в достижении страной таких целей, как создание рабочих мест, уменьшение расходов на медицину и защита Отечества» [3]. Последнее стоит отметить особо.

Занимавший этот пост до марта 2012 года Аниш Чопра действительно многое сделал, чтобы превратить интернет-сайты правительственных ведомств в удобную систему поиска информации, да и в целом – для «электронного» взаимодействия общества и чиновников. Однако, как оказалось, избалованные технологическими новинками американцы не очень-то его усилия оценили.

Граждан США сейчас больше волнует не «открытость правительства» Барака Обамы, а то, что оно даже с помощью инноваций не смогло выполнить обещанное: увеличить количество рабочих мест и уменьшить расходы граждан на медицину. И как всегда в таких случаях, если у администрации США что-то не получается внутри страны, на помощь приходит внешняя политика, призванная подчеркнуть, что за рубежом высоко оценивают то, что Белый дом делает для американского народа, и даже якобы берут с него пример.

Вот, собственно, это и есть первая причина, по которой Обаме понадобилось выдвигать инициативу «Открытое правительство» во время выступления на Генеральной Ассамблее ООН в 2010 году, а затем оформлять ее в виде международного движения с помощью набранных на скорую руку «доверенных лиц». Однако американцы не были бы американцами, если бы и хорошее дело не попытались использовать кому-то во вред, то есть и для «защиты Отечества» тоже. А «защищать» себя Америка предпочитает на дальних рубежах, в том числе с помощью «мягкой силы», создавая рычаги давления на иноземных правителей.

Если вчитаться не только в Декларацию ПОП, но и в сопутствующие документы, то можно заметить, что в сумме все это представляет собой нечто подобное полезной компьютерной программе, в которую вставлен незаметный вирус, превращающий её в инструмент контроля над зараженным компьютером…

Страны, которые присоединяются к Партнерству и берут на себя обязательства по выполнению в целом-то разумных и нужных мер по борьбе с коррупцией и усилению влияния гражданского общества на чиновничество, незаметно попадают под контроль и влияние тех организаций, которые уже давно проявили себя как инструмент политики «мягкой силы» США. Это - организаторы «цветных революций», «арабской весны» и прочих перемен, которые чаще всего заканчиваются кровопролитием и прямым или косвенным переходом богатств других наций под контроль неугомонной Америки.

Может быть, это по какому-то странному стечению обстоятельств, но главными идеологами международного движения «Открытое правительство» оказались два человека – Саманта Пауэр и Алекс Росс.

Пауэр – специальный советник президента по многосторонним отношениям и правам человека, а по совместительству – старший директор многосторонних связей Совета национальной безопасности США. У себя в стране она заслужила прозвище «гуманитарный ястреб», будучи ярой сторонницей доктрины «гуманитарного империализма». Где бы ни начинались спровоцированные Соединенными Штатами конфликты, там тотчас появлялась эта дама и, расписывая ужасы войны, призывала Вашингтон к вооруженному вторжению ради «спасения людей от геноцида». Так было в Югославии, в Косове, в Ираке. Такую же роль она сыграла в Ливии. Именно Саманту Пауэр американские эксперты обвиняют в склонении президента Обамы к вооруженному вмешательству для поддержки исламистов, которые теперь терзают народ расколотого на части и ограбленного западными компаниями государства [3].

В 2002 году в одном из интервью эта советница Барака Обамы сказала, что XXI век, по ее мнению, будет веком «несостоявшихся государств» (failed states) и разваливающихся стран с плохим управлением, а потому ей нравятся мужчины – «наполовину джеймсы бонды», которые «переделывают государства» (nationbuilders) [4]. Да уж, на таких мужчин в Америки спрос всегда, если учесть, что сначала США разваливают другие страны, а потом приходят им «на помощь», чтобы остановить неизбежные при этом вооруженные конфликты.

Алекс Росс - www.fletcherforum.org

В отличие от Саманты Пауэр, Алекс Росс, старший советник по вопросам инноваций Госдепартамента США, стал известен мировой общественности не так давно, но тоже как апологет «гуманитарного империализма» и организатор «твиттер-революций» в Северной Африке и на Ближнем Востоке. В октябре прошлого года, выступая в Киеве на организованной послом США встрече с представителями украинского гражданского общества, он умилялся тем, что правительства бессильны перед «Твиттером» и «Фейсбуком», потому что не могут определить, кто конкретно стоит за событиями «арабской весны». «Вы знаете организаторов восстания в Египте?» – спрашивал Алекс Росс публику и разводил руками, как бы говоря: «Здорово, правда?»

Но Росс и Пауэр – представители американского правительства, и грех их обвинять в том, что они «защищают Отечество». Как умеют, так и защищают. Такова уж американская стратегия: лучшая защита – нападение. Другое дело, роль, которую США отводят в Партнерстве «Открытое правительство» неправительственным организациям. И понять ее помогает назначение «соучредителями» на должность директора исполнительного аппарата ПОП Джули Маккарти.

Д.Маккарти - www.opengovpartnership.org

Свой трудовой путь будущая «правозащитница» тоже начала в сфере национальной безопасности США как аналитик Института оборонных и стратегических исследований в Сингапуре. Почему в Сингапуре? Да потому что Китай, Ближний Восток и политика США в Азиатско-Тихоокеанском регионе станут затем делом всей жизни Джули Маккарти, куда бы ее ни приводила судьба. А привела она ее в Институт «Открытое Общество», учрежденный Джорджем Соросом. Там, в конторке под названием «Iraq Revenue Watch» юная Джули занималась «неправительственным» контролем выполнения Ираком условий программы «Нефть в обмен на продовольствие», пока ресурсы этой страны не перешли в руки американцев.

Затем ее повысили до заместителя директора Института исследований доходов (Revenue Watch Institute, спонсор – тот же Фонд Сороса). Институт изучает, «как власти собирают и используют деньги, полученные от продажи нефти» [5]. RWI «специализируется исключительно на странах, обладающих значительными природными ресурсами», поскольку господин Сорос, видите ли, крайне обеспокоен тем, что «это страны, в которых бедность, коррупция и вооруженные конфликты слишком часто сходятся в одну точку». А потому RWI готов оказывать содействие таким государствам «в налаживании эффективного, прозрачного и контролируемого управления минеральными ресурсами на благо общества» [6]. Кто бы сомневался. Только общества какой страны?

В дальнейшем Джули Маккарти служила нации в качестве советника Миссии США при ООН почему-то по вопросам миротворчества, а также старшего советника в Инициативе по прозрачности и подотчетности (Transparency and Accountability Initiative), которая финансируется правительственным Департаментом по международному развитию (Department for International Development) и – опять-таки! – Фондом Сороса.

Имея дело с американскими инициативами, всегда полезно проверять список участвующих в нем представителей «гражданского общества». Потому что часто оказывается, что за перечнем названий многочисленных институтов, центров, программ и проектов скрывается всего лишь один «гуманитарный монстр» – этот самый Фонд вездесущего Сороса. Так получилось и с Партнерством «Открытое правительство».

Если зайти на его интернет-страничку (http://www.opengovpartnership.org/governance-staff-donors) и не просто ознакомиться с перечнем особ, которые входят в его правление, но до конца проследить, какой институт или какая НПО чьим филиалом является или кем в конечном счете финансируется, то окажется, что за всем этим списком видны «уши» хорошо известного на просторах СНГ миллиардера.

То же самое относится и к опубликованному списку тридцати пяти будущих иностранных участников конференции в Бразилии от «гражданского общества», которых организаторы планируют предложить в качестве кандидатов в члены руководящего комитета ПОП [7]. Все они тем или иным образом связаны в своих странах с программами Фонда Сороса. И для стран-участников Партнерства это может оказаться серьёзной проблемой.

«Дьявол», как обычно, «кроется в мелочах». Например, в Декларации «соучредители» записали, что каждое правительство будет само определять, чем ему заниматься, поскольку их цель – «ускорить инновации и стимулировать прогресс, а не определять стандарты, чтобы использовать их как предварительное условие для сотрудничества, или помощи, или оценки государств по рейтингу». Однако в разработанных позже «Критериях присоединения стран к партнерству» [8] уже недвусмысленно указывается, что «правительства должны продемонстрировать свою решимость открыть себя в четырех сферах», что будет оцениваться «независимыми экспертами» с применением «объективных индикаторов». И за каждое действие национальное правительство будет получать от них «баллы» (points).

Этими сферами являются: прозрачность налоговой системы, доступность информации, раскрытие собственности и доходов избираемых и старших должностных лиц, открытость правительства для участия граждан в разработке политики и управлении. Все, казалось бы, правильно и хорошо. Мы сами этого хотим и требуем того же от своих правителей. Но совсем иное дело, когда к решению сугубо внутренних проблем государства подключаются «независимые эксперты» со своими «объективными индикаторами».

Вопрос даже не в том, что правительство будет вынуждено предоставить иностранному государству или «международному фонду» доступ к данным о бюджете, о государственных закупках и т.п. И не в том, что получение информации о коррупционных действиях чиновника – заветная мечта каждой разведки, чтобы поставить его в положение зависимости. Ведь недаром документы Партнерства предусматривают разработку методов сокрытия личности и защиты граждан, которые, как планируется, будут такую информацию собирать и сообщать «куда надо». «Соучредители» понимают, что в странах СНГ граждане предпочтут делиться ею с «независимыми экспертами», потому что не верят в способность правоохранительных органов своего государства обеспечить им надежную защиту.

А еще хуже то, что правительства окажутся заложниками «представителей гражданского общества», отобранных людьми Сороса в руководство исполнительных органов Партнерства и назначенных «смотрящими» в своих странах. Как действуют такие доморощенные и иностранные «независимые эксперты» и какие у них «объективные индикаторы», хорошо известно на примере деятельности Freedom House, Amnesty International, ОБСЕ и т.п.

Так что государства, поспешившие присоединиться к Партнёрству «Открытое правительство», просто-напросто подчиняют себя внешнему контролю и создают условия, когда кто-то извне будет ставить им «оценки». А это обычно зависит от благосклонности к ним Вашингтона. Дальнейшие комментарии излишни.

__________________________________

1. http://www.opengovpartnership.org/open-government-declaration

2. http://www.whitehouse.gov/the_press_office/TransparencyandOpenGovernment

3. http://en.wikipedia.org/wiki/Samantha_Power, http://keywiki.org/index.php/Samantha_Power.

4. http://wn.com/Conversations_With_History__Samantha_Power

5. http://www.revenuewatch.org/

6. Там же.

7. http://www.opengovpartnership.org/news/ogp-funding-decisions-civil-society-groups-attend-ogp-annual-meeting-2012

8. http://www.opengovpartnership.org/eligibility

Латинская Америка «под колпаком» Южного командования США

Нил Никандров

(Cтатья, опубликованная сайтом «Фонд Стратегической Культуры» - http://www.fondsk.ru/news/2012/04/06/latinskaya-amerika-pod-kolpakom-uzhnogo-komandovanija-usa.html )

"Милитаризация внешней политики Соединённых Штатов на глобальном уровне – очевидный факт. И к Латинской Америке это относится так же, как к другим частям света. Госдепартамент не выказывает обычной ведомственной ревности по поводу резко возросшей военно-дипломатической активности Южного командования США (US Southcom). Таков общий курс, и в обозримой перспективе его изменение не предвидится. Поэтому не стоит удивляться, что генералы, возглавлявшие Южком в последние десять лет, воспринимались латиноамериканцами в качестве ключевых проводников политики Вашингтона. Последний из них – генерал-лейтенант Дуглас Фрейзер (Douglas Fraser) – близок к завершению своей миссии на континенте, ему на смену придёт Джон Келли, генерал, воевавший в Ираке и других «горячих точках».

Инфраструктура Южкома в Латинской Америке модернизируется ударными темпами: аэродромы, порты, центры связи, жилые комплексы, в которых могут быть размещены дополнительные воинские контингенты. Новый командный центр, обеспечивающий управление военными базами в регионе с использованием передовых технологий, возведён в городе Дорал (Майами, штат Флорида). Предусмотрена даже возможность ракетно-атомной атаки, поэтому подземные этажи центра надёжно защищены бетоном и сталью. Всё указывает на то, что Пентагон готовится к радикальному ухудшению оперативной обстановки в Западном полушарии. По оценкам аналитиков, подобное развитие событий более чем вероятно, если США и Израиль попытаются силой решить проблему «нейтрализации» гипотетического ядерного оружия Ирана.

В Вашингтоне всерьёз воспринимают угрозы Тегерана в отношении ответного удара по территории США в случае нападения на Иран. Судя по всему, иранцы имеют в виду «боевые группы возмездия», которые могли создаваться в предвидении рокового «Часа Икс». ФБР и другие американские спецслужбы не раз и не два «прошерстили» весь подозрительный (на преступные связи с Ираном) человеческий контингент в США, но утверждать, что зачистка была эффективной, никто не рискнёт. Ещё более проблематична борьба с ячейками иранских (??? - США пестуют и науськивают террористов против Ирана, а не наоборот. См. например “TERROR BRIGADES AS AN INSTRUMENT OF WARFARE: Pentagon Trained M.E.K Terrorists In Nevada To Use Against Iran” By Sherwood Ross - http://www.globalresearch.ca/index.php?context=va&aid=30193 - behaviorist-socialist ) и прочих террористов в странах Латинской Америки и Карибского бассейна. Пропагандистская кампания в отношении вездесущих исламских экстремистов, действующих в странах к югу от Рио-Гранде, достигла такой интенсивности, что отличить реальность от вымысла трудно. Легко поддаются панике рядовые американские граждане, но чувство страха охватывает порой и профессиональных военных. В холле Управления по обороне (Defense Department) Южкома недавно обнаружили «бесхозный» атташе-кейс. Была объявлена срочная эвакуация, и сотни сотрудников, теснясь и толкаясь, устремились к выходу: враг подстерегает повсюду и способен наносить удары в, казалось бы, самых защищённых местах.

Лучший способ защиты от терроризма – создание пояса безопасности на дальних подступах к Соединённым Штатам. Именно этим объясняет Пентагон свои усилия по расширению сети военных баз на континенте. Впрочем, термин «база» американские военные при общении с партнёрами употребляют всё реже. На этот счёт даны соответствующие инструкции. Ныне в ходу иная терминология, соответствующая стратегии «мягкой силы», не вызывающая ассоциаций «конфронтационного типа»: «Пункты совместной безопасности» (Cooperative security location - CSL) или «Передовые операционные районы расположения» (Forward Operating Location - FOL). Американские базы действуют в Колумбии, Сальвадоре, Гондурасе, Гватемале, Коста-Рике, Панаме, Перу и Парагвае. В Карибском море Южком располагает базами на Кюрасао и Арубе. Усиленными темпами строится «Пункт совместной безопасности» в Доминиканской республике. По утверждению Фрейзера, эта военно-морская база на курортном острове Ла-Саона необходима для борьбы с незаконным оборотом наркотиков и пресечения нелегальной эмиграции в США. Конечно, эта база войдёт в комплексную систему, обеспечивающую наблюдение за территориальными водами Венесуэлы и её флотом.

Существенным успехом Южкома по укреплению позиций в регионе можно считать соглашение с Аргентиной о создании военной базы в Чако, её северной провинции. Эту работу американцы начали шесть лет назад, предложив (для начала) помощь в борьбе с природными катаклизмами. Затем всё настойчивее поднимался вопрос об использовании военных США для акций гуманитарного характера. Сотрудники военной группы при американском посольстве зачастили в провинцию, делились достижениями в этой сфере в Гондурасе, Коста-Рике, Парагвае и других странах. Одновременно раскручивалась кампания вокруг активизации исламских экстремистов в регионе, особенно в «Зоне трёх границ» между Аргентиной, Бразилией и Парагваем. Тезис использовался простой: только в сотрудничестве с Южкомом и спецслужбами США можно избежать таких масштабных террористических акций, которые были осуществлены в Буэнос-Айресе против посольства Израиля (1992) и благотворительной еврейской организации AMIA (1994).

Президент Кристина Фернандес, которая критично относится к имперским тенденциям в политике Вашингтона, всё-таки дала согласие на создание «Центра по борьбе с чрезвычайными ситуациями». Не исключено, что Барак Обама приватно обещал ей содействие в «справедливом» для Аргентины решении проблемы Мальвинских островов.

Особую заинтересованность в реализации проекта «по борьбе с катаклизмами» проявил губернатор провинции Хорхе Капитанич, который, оказавшись в центре внимания североамериканских СМИ, сделал несколько заявлений, явно противоречащих политическому курсу, осуществлявшемуся покойным президентом Нестором Киршнером и продолженному Кристиной Фернандес де Киршнер. Капитанич призвал к стратегическому партнёрству с Соединёнными Штатами (оно ранее существовало, но ничего хорошего от него Аргентина не получила) и к новой попытке создания ALCA, интеграционного блока в интересах США. Особенные надежды губернатор Чако возлагает на строительство предприятия по переработке сахарного тростника в биоэтанол. «Гарантированные» инвестиции в 100 млн. долларов, создание новых рабочих мест, другие возможные проекты с участием бизнеса США вдохновили губернатора на заявления, в которых легко угадываются обещания, в изобилии раздаваемые американскими дипломатами и разведчиками на стадии «обработки перспективного контакта».

Внедрение американской базы в аргентинскую провинцию Чако обеспечивает Южкому надёжный мониторинг «Зоны трёх границ», изучение перспектив «освоения» богатейших резервов питьевой воды «Системы Гуарани», проведение вербовочной работы в регионе, в первую очередь среди военных и сотрудников полиции. Противники Южкома в Аргентине организуют митинги и манифестации, чтобы не допустить использования базы США в Чако для шпионажа и спецопераций против соседей – Боливии, Парагвая и Бразилии. Однако губернатор Капитанич настаивает на том, что аэропорт Ресистенсии (столицы провинции) будет использоваться американцами только для оказания помощи в условиях чрезвычайных (погодно-климатических) ситуаций и в качестве перевалочно-складского пункта (Centro de Operaciones y Almacenamiento). «Я категорически отвергаю версию, появившуюся в социальных сетях, - заявил губернатор. – Версию, что Ресистенсия превратилась в базу Южного командования США. Что вот-вот прибудут морские пехотинцы, танки, вертолёты и начнёт функционировать военно-морская база на морских берегах провинции Чако». Губернатор шутит, полагая, что это самый лучший способ опровергнуть слухи: моря в Чако нет.

Полковник Эдвин Пассмор (Edwin Passmore) сделал немало для реализации проекта Южкома в Чако. Его служебная деятельность в деталях освещалась аргентинскими СМИ. Профессиональный разведчик работал в Афганистане, был советником по разведке в министерстве обороны Кувейта. В 2005-2008 гг. Пассмор действовал в Венесуэле. Местная контрразведка не раз фиксировала его встречи с заговорщиками из военной среды. Как следствие – высылка американца из страны. Последнее назначение Пассмора – Аргентина. Нужно отметить, что в посольстве США в Буэнос-Айресе собралась многочисленная компания «засвеченных» сотрудников военной разведки и ЦРУ. Пока что они эффективно решают поставленные перед ними задачи. Южкому «зацепиться» в Аргентине удалось, теперь важно развить успех.

А вот их коллеги в Бразилии не сумели создать необходимых предпосылок для реализации «базового проекта» Южкома. Сам генерал Фрейзер пять или шесть раз под разными предлогами посещал страну, даже памятные таблички о боевом бразильско-американском сотрудничестве в годы Второй мировой войны торжественно открывал. Однако Бразилия, несмотря на уговоры и увещевания gringo, отказывается “делить” с американцами базу Алькантара. Причины понятны: этот космодром на атлантическом побережье обеспечивает научно-технический прогресс страны и её самостоятельность в создании передовых военных технологий. Неудачи с некоторыми прежними запусками бразильские учёные и военные приписывали саботажу агентуры ЦРУ и военной разведки США. Если американцы обоснуются в Алькантаре на законных основаниях, то на космической программе Бразилии можно поставить большой жирный крест. Империи не нужны конкуренты в Западном полушарии.

Генерал Фрейзер, выступая в марте с.г. в Конгрессе, с военной прямотой дал понять, что Южное командование предвидит кризисное развитие событий в странах ALBA (Боливарианского альянса народов Латинской Америки), отслеживает процессы в регионе и готово действовать, если того потребуют обстоятельства. Фрейзер говорил о «растущем уровне насилия» в этих странах, «экономической нестабильности» и «геополитических катаклизмах». Всё это не может не отразиться на американцах – гражданских и военных, имеющих отношение к Латинской Америке. Особо упомянут «иранский фактор» в международных связях стран ALBA. О недопустимости близких отношений с Тегераном Соединённые Штаты заявляли не раз, обращаясь в первую очередь к Венесуэле, Боливии, Эквадору и Никарагуа. «Экспансия» Ирана на континенте тем не менее продолжается. Открываются новые посольства (было 6 - стало 10) и культурные центры – сейчас их 17. Эта статистика приводится в сводках Южкома как нечто тревожное. Ещё больше беспокоят Южком регулярные авиарейсы венесуэльской компании «Conviasa» по маршруту Каракас – Тегеран - Каракас. В субсидируемую разведкой США прессу забрасывается информация о том, что «вполне возможна» переброска в Венесуэлу иранских ракет.

Так – шаг за шагом - создаются «мотивированные» варианты использования баз Южкома против «недружественных режимов» в Латинской Америке. Можно предположить, что эти «превентивные» действия совпадут с началом агрессии США и Израиля против Ирана."